Местные богачи, экспортировавшие сахар, табак, кокосовые орехи, были одновременно и помещиками и капиталистами, так как были связаны и с землей и с американским капиталом. Складывались богатейшие семейства-кланы — Аяла, Мадригаль, Сориано, Юло и другие.
...Весть о победе революции в России вызвала на далеких островах интерес к коммунистическим идеям. В 1924 году здесь создается рабочая партия марксистского типа, а через шесть лет — Коммунистическая партия. В 1932 году под давлением общественности США были вынуждены обещать стране независимость по истечении десятилетнего «переходного» периода. В 1935 году была принята новая конституция, скопированная с американской. В текст были внесены билль о правах человека и декларация о социальной справедливости. Эти высокие слова остались пустым звуком: под скрижалями декларации не было ни прав, ни справедливости. Свобода, дарованная Америкой, была куцей. Правда, отныне филиппинское правительство само вершило суд, собирало налоги, была создана регулярная армия. Но дирижировали всем этим из Белого дома. «Когда дети не слишком шалят—они получают конфетку»,— иронизировали по поводу конституции филиппинцы. Но, пройдя через тяжкие испытания, они были далеко не детьми. Усиление социальных конфликтов вынудило правительство принять «программу социальной справедливости». Но у порога уже стояла война с Японией, прервавшая развитие страны.
Филиппины, оборону которых возглавлял американский генерал Дуглас Макартур, оказались совершенно не готовыми к войне. Почти без боя японцы вошли в Манилу. Оккупировав Филиппины, японцы начали их беззастенчивый грабеж. Иллюзии рухнули: все, кто раньше видел в Японии освободительницу от американского гнета (а были и такие), узрели ее подлинное лицо.